maa13 (maa13) wrote in intelligentsia1,
maa13
maa13
intelligentsia1

Условия поглощения интеллектуалов системой

В «Воспоминаниях» Лонгина Федоровича Пантелеева можно найти интересный пример, при каких условиях государственная система «впитывает», «поглощает» даже самых радикально настроенных интеллектуалов.
Л.Ф. Пантелеев – активный участник «Земли и воли», революционной организации первой половины 60-х годов 19в.

В нижеприведенной цитате самые интересные места выделены мною:

«Если на возникновение «Земли и воли» имели существенное влияние некоторые отрицательные явления нашей общественной жизни начала 60-х гг., то, с другой стороны, одна особенность того времени, потом уже не повторяющаяся, ускорила окончательное исчезновение «Земли и воли». Тогда во многих ведомствах, в силу совершавшихся реформ, был предъявлен огромный спрос на молодые силы; при этом не только не браковали людей с либеральными взглядами, но даже охотно брали людей, более или менее явно скомпрометированных (имеется ввиду революционная деятельность – maa13), - “нигилистов” как тогда говорили. И так поступали не из какого-нибудь тайного попустительства, а по соображению, что это прежде всего люди способные и в то же время несомненно честные».

Далее идёт весьма впечатляющее перечисление того как сложились судьбы его бывших соратников по революционной борьбе.

Прежде чем перейти к этому перечислению, небольшое замечание.

«Земля и воля» была хорошо законспирированной организацией. Поэтому Л.Ф. Пантелеев не только не знал членов ЦК этой организации, он не знал даже о существовании ЦК (или не верил в его существование). Ячейка в которой состоял Пантелеев работала обособлено и выполняла функции что-то типа городского комитета организации. Связь с ЦК поддерживалась через специального человека.

Поэтому он не знал, что членом ЦК был Николай Николаевич Обручев: в последствии генерал-адъютант, генерал от инфантерии, начальник Генерального штаба, профессор Академии Генерального штаба и т.д.

Не упомянут им и Обручев Владимир Александрович, который был арестован за революционную деятельность, приговорен к каторжным работам в Сибири, в 1865г. переведен на поселение. После возвращения из ссылки служил в Морском ведомстве и вышел в отставку в чине генерал-майора.

Да и биография самого Лонгина Федоровича Пантелеева потрясает.

Сын бедной вдовы из захолустной Вологды (непонятно, даже, был ли он дворянином). Учился в петербургском университете. Необычайно деятельный, энергичный, коммуникабельный (судя по всему). Удачно женился. В 1864г. арестован. Приговорен к 6 годам каторжных работ. Благодаря какой-то хитрой амнистии, каторга была заменена поселением. В Сибири начал службу в различных золотопромышленных компаниях. Недюжинные практические способности позволили ему быстро выдвинуться, сначала стать управляющим приисками, а потом начать собственное дело. В середине 70-х вернулся из ссылки с изрядным капиталом и впоследствии успешно занимался книгоиздательским бизнесом.
Был даже отмечен Ульяновым (тогда еще не Лениным) в какой-то статье (естественно в самых нелицеприятных выражениях).

Теперь о его друзьях и соратниках по бурной молодости (из «Воспоминаний»):

Николай Утин (один из многочисленных братьев Утиных) – руководитель ячейки, в которой состоял Пантелеев.
Узнав, что его ожидает арест, Утин бежал за границу. Заочно был приговорен к расстрелу. За границей сблизился с Карлом Марксом и вместе с ним выступил против Бакунина, за что и был избит бакунистами (дикий, однако, народ эти анархисты). В начале 70-х бросил политическую деятельность, занялся металлургическим делом, стал поверенным одной крупной фирмы по заграничным заказам для железных дорог (железнодорожный строительный бум в России). Когда вспыхнула война 1877г. фирма получила военный заказ на строительство дороги в тылу русской армии. Нуждаясь в услугах Утина, выхлопотала ему разрешения вернуться в Россию. Вместо того, чтобы быть расстрелянным, Утин управляет Сергиевоуфалийскими железными заводами компании Гинзбург и Ко. Умер в середине 80-х.

Как-то два бывших активных революционера (Утин и Пантелеев) встретились, но говорили в основном каждый о своем промышленном деле.

Слепцов А.А., один из основателей «Земли и воли», член ЦК, человек, завербовавший Пантелеева в организацию, связной между ячейкой и ЦК. Служил в министерстве финансов. Дослужился до статского советника (что-то среднее между полковником и генерал-майором, но чин считался генеральским).

Далее перечисление так или иначе причастных к организации:

Исключенные из университета П.П. Фан-дер-Флит и А.Я. Герд, как только сдали кандидатский экзамен, сейчас же устроились: первый был оставлен при университете, а второй получил место классного воспитателя в военной гимназии (по тем временам очень неплохая должность).

Судакевич (тоже исключенный), едва поступил на службу, как у него был сделан обыск; но директор департамента не обратил на это никакого внимания и скоро утвердил его в классной должности. Умер Судакевич в должности помощника статс-секретаря Государственного совета (перед тем был вице-директором в министерстве государственных имуществ). А ведь если бы во время обыска нашил спрятанный шрифт (к тому же в наборе) – то неминуемая каторга.

Исключенный из университета Н.А. Неклюдов мало того, что был выбран мировым судьей в Петербурге, но и утвержден.

«А.А. Жук выработался в железнодорожного дельца и умер директором, помнится, Владикавказской жел. дор.».

Столпаков А.Н., офицер. Был завербован Пантелеевым в организацию. Был арестован. Исключен со службы. Уже в начале 70-х был председателем правления одного земельного банка. Потом служил на посту директора департамента одного из министерств. Потом состоял членом совета министерства путей сообщения.


Когда читаешь этот список, то на память приходят известные слова В.В. Розанова о Чернышевском: «Конечно, не использовать такую кипучую энергию, как у Чернышевского, для государственного строительства – было преступлением, граничащим со злодеянием».


С поколением революционеров 70-ых годов – контраст разительный. Большинство активных революционеров 70-х годов либо погибли на виселице, в ссылке, на каторге; либо стали профессиональными революционерами; либо доживали свой век в эмиграции; либо, отойдя от революционной деятельности, не сделали никакой значительной официальной карьеры и остались верны идеалам юности.
Даже, если кто-то из причастных к революционному движению (но не активных деятелей) и смог сделать какую-то карьеру, то судьба их была подчас весьма трагична (например, начальник Московского охранного отделения Зубатов («зубатовщина») – личность бесспорно яркая, неординарная, но абсолютно непригодная в бюрократической системе монархической России).

В 70-ые годы 19 века революционное движение институализировалось – появилась своя революционная традиция, свои герои и свои святые (часть которых была утеряна при советской власти), свои нормы и правила поведения, своеобразный этикет и т.п. После первой революции увеличивается поток воспоминаний старых революционеров, издаются специальные журналы. То есть создается своя история (которая призвана оформить, укрепить, подчеркнуть институциональную традицию). В последствии эта традиция частично (по крайней мере, с сохранением лексики, но утерей некоторых героев и изрядными искажениями) была перенесена в советскую историю.

В результате деятельные, энергичные, креативные интеллектуалы получают общественную структуру, в рамках которой они могут делать карьеру, удовлетворять свои амбиции и требования самолюбия, иметь уважение и т.д. То есть они получают такое признание собственных способностей, которое вряд ли могли бы получить в рамках общественных структур сословной монархии. Место нашлось всем: от любителей теоретических дискуссий до отчаянных авантюристов (типа Савинкова). Благодаря этой структуре, многие смогли получить широчайшую известность. Иван Каляев и Егор Сазонов рассматривались их современниками как святые.

Стоит заметить, что этические нормы революционного движения были тщательно отрефлексированы, откорректированы в сторону создания наиболее благоприятного имиджа (был хорошо учтен негативный эффект нечаевской истории и т.п.). Авантюр подобных Чигиринскому заговору Стефановича больше не было (напомню: в 1877г. Стефанович начал распространять среди крестьян манифест, якобы от имени царя, с призывом восстать против дворян и чиновников; некоторые крестьяне поверили и начали готовиться к восстанию).
Тех, кто отходил от этих норм изгоняли беспощадно.
Subscribe

promo intelligentsia1 july 14, 2018 15:25 4
Buy for 10 tokens
Нам - 10 лет! Я создал это сообщество 15 июля 2008 года. Поздравляю с юбилеем 536 Сообщниц и Сообщников, 488 Читательниц и Читателей, ну и себя, любимого, конечно! За последние 5 месяцев нас стало на 7 Сообщников и на 8 Читателей меньше... То есть число наше стабилизировалось, и мы с Вами,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments