Александр Бангерский (banguerski_alex) wrote in intelligentsia1,
Александр Бангерский
banguerski_alex
intelligentsia1

Category:

Кордонский С.Г.: "И здесь очередной поворот случился"

,

"Интервью с Симоном Кордонским проведено Борисом Докторовым по программе его изучения истории советской/российской социологии. Исследование начато в 2004 году, и беседа с Кордонским – 213-я. Порталу liberal.ru принадлежит эксклюзивное право на публикацию".





Надеюсь, я не нарушу это эксклюзивное право, если приведу ниже часть текста интервью, где речь идет об интеллигенции:

В сентябре 2004 года Вы разместили на портале Polit.ru текст: "Интеллигентность как административно-рыночный товар". Я вспомнил о ней в связи с Вашим нежеланием вписывать себя в разряд интеллигентов (как и в разряд социологов, хотя с последним определением Вам, я думаю, стоило бы смириться). И все же спрошу: где находится Ваш "дом" в рамках Вашего определения пространства интеллигентности?

Мне как-то безразлично, кто и кем меня считает. Чиновники, например, тоже меня считают своим, но я-то не считаю себя ни социологом, ни чиновником, ни интеллигентом. Хотя признаю наличие внешних признаков :). Так что нет у меня "дома". И ни один из возможных мне не нравится.

Интеллигенция представляется мне элементом одной из многих картин мира, частью анахроничной триады "народ-власть-интеллигенция". Ее функции – забота о народе, который страдает от власти. Интеллигенция рассказывает власти о страданиях народа, а власть прислушивается к рассказам интеллигентов и корректирует (или не корректирует) свои отношения с народом. Если корректирует, то власть хорошая, а если не корректирует – плохая. Когда-то Инна Владимировна Рывкина затруднилась ответить на мой вопрос, куда она причисляет саму себя – к власти, народу или интеллигенции. Эта картина мира, мягко говоря, устарела. Нет ни народа, ни власти, ни интеллигенции. А вот то, что есть, – предмет наших описаний.

В этом же тексте на polit.ru меня заинтересовал сюжет о месте евреев в интеллигентском пространстве. Неужели этот, как пишут некоторые публицисты, "малый народ" играет особую роль, требующую специального анализа?

Самоидентификация (идентичность), с нашей точки зрения, является ключевой характеристикой при определении модуса существования социальной группы. Людей можно делить на группы произвольными способами (например, так, как их делят в паспортичках "социологических" анкет), однако социальная группа становится агентом социального и политического процессов только при условии совпадения ее внешнего определения и самоидентификации ее членов. Определение человека как еврея (по записи в свидетельстве о рождении и других документах) может и совпадать, и не совпадать с его самоидентификацией.

Во внутреннем паспорте гражданина СССР запись в пятой графе фиксировала его национальную принадлежность в соответствии с происхождением, т.е. с "национальностью" отца, матери и/или более старших родственников, которая определялась родителями или опекунами, или, в более сложных случаях, государственными органами. В советских паспортах раннего периода национальность фиксировалась в соответствии с записями первой Всероссийской переписи населения 1926 года и могла не совпадать с самоидентификацией.

В СССР принадлежность к евреям, точно так же как принадлежность к иным этносоциальным группам, определялась по "генетическим признакам, по крови", что фиксировалось записью в свидетельстве о рождении, в паспорте и военном билете.

Евреи в рамках советской национальной системы были титульной нацией. Титульные нации были приписаны к определенным территориям и по своей природе представляли собой этносословия, то есть группами, которые создавались государством в определенных административных и квазигосударственных границах в рамках сталинской теории наций.

Лишение этносословия территории переводило эту группу в статус "репрессированных народов", сопровождающую ограничениями для членов группы в ареале проживания, в возможностях передвижения, получения работы и прохождения обучения.

В постсоветской социальной и политической практике, несмотря на отсутствие "пятого пункта" в паспорте, сохраняется советская этносословная политика, направленная на консолидацию титульных этносословий в административных границах субъекта федерации, одноименного с титульным этносословием. В границах такого субъекта федерации члены этносословий пользуются преференциями и льготами, а кадровая политика региональной власти направлена на то, чтобы властные должности замещались представителями титульного этносословия. В Татарстане власть персонифицирована татарами, в Бурятии – бурятами, а в Еврейской автономной области – евреями.

В социальной практике и в быту, тем не менее, действуют не только официально принятые критерии отнесения человека к той или иной этносословной группе. Этносословная самоидентификация по вероисповеданию, территории проживания (малой родине), семейному происхождению и многим другим критериям отчасти совпадает или коррелирует с официальными этносословными критериями, отчасти – не совпадает вовсе.

Ясно, что численность евреев, основанная на критериях самоидентификации, существенно отличается от численности евреев, основанной на критериях происхождения, вероисповедания и т.п.

Вообще определение численности этнических групп различается в зависимости от научной, мировоззренческой, политический и иных позиций специалистов, производящих переписи населения или этносоциальные исследования.

Я пытался рассмотреть эту тему на основе исследования населения Еврейской автономной области России. Были публикации, были презентации в России и Израиле. Результаты можно резюмировать следующим образом.

При ничтожно малой статистической численности евреев в Еврейской автономной области (0.92 % по данным переписи населения 2010 года) численность людей, в ходе опросов и собеседований причисляющих себя в той или иной степени к евреям или признающих родственные и иные связи с ними, оказывается существенно более высокой. Этнические самоидентификации жителей Еврейской автономной области представляются весьма расплывчатыми, варьирующими от признания себя "еврейцами" (то есть жителями области) до отказа определять себя в терминах устоявшихся этнических идентификаций. При этом существенная часть жителей автономной области – до четверти обследованных – так или иначе прослеживает генетические (кровные) и родственные связи с евреями, хотя эти люди определяют себя как русских, казаков и т. д.

Многое прояснилось. Наверное, евреев в России становится все меньше вследствие давно идущей эмиграции и весьма распространенных смешанных браков. И тем не менее: как Вы теперь прокомментируете Ваш тезис о том, что "в сознании обычных (неинтеллигентных) россиян образы еврея и интеллигента почти идентичны"?

Вы пишете так, будто евреи – это нечто вполне определенное, однозначное. Для меня же это понятие, как я сказал выше, совсем не однозначно. Действительно, генетических евреев становится в России меньше, но социально-психологических – может быть, даже больше. Лет тридцать назад образы еврея и интеллигента были действительно близки, а в некоторых случаях – почти тождественны. Но за этим "почти" стоит очень сложный и пестрый набор фигур. В него входят, например, евреи-нквдэшники Эйтингон, Яков Серебрянский, тысячи менее известных офицеров – рабочие руки сталинских репрессий и сталинских методов воздействия на общество и мир. И еврей-торгаш – заведующий базой или магазином, распределяющий дефицит. И еврей-директор совхоза или председатель колхоза, сумевший создать образцовое хозяйство и ставший Героем Соцтруда, как один мой знакомый из Барнаула. А также еврей-ученый, еврей-учитель, врач или писатель.

В работе об "административных рынках" я писал о статистически-учетном характере системы управления СССР, основанной на принципе соблюдения среднестатистических отношений между советскими сословиями на всех уровнях организации государства. Реализация этого принципа предполагала, что в любой организации численность евреев, в частности, не может существенно превышать относительную численность евреев в населении. При превышении партийные органы делали представление руководителям организации: "не собирай у себя синагогу". Количество евреев в научных организациях, в вузах, в медицине, как правило, превышало партийную норму, и это было постоянной головной болью КПСС. В этих условиях действия партии по устранению статистической социальной несправедливости расценивались как антисемитизм, а противодействие решениям партии – как сионизм и антисоветчина. И лишь когда государственное стремление к распределительной и пропорциональной справедливости сопрягалось с традиционной христианской неприязнью к евреям, возникал тот самый антисемитизм, которого евреи боялись.

Кстати, именно такое, в сущности советское, социально-учетное определение справедливости как представленности (пропорционально общей численности группы) в разных институциях, лежит в основе практик современных левых радикалов в США и Европе. Так что в некотором смысле распад СССР привел к тому, что советская идеология социальной справедливости вполне успешно укоренилась в так называемом первом мире.

Сейчас фигура еврея-интеллигента, по-моему, уходит в прошлое.

Подведем итоги: статья "Интеллигентность как административно-рыночный товар" была написана в начале 2000-х. Какова сегодня стоимость товара "интеллигентность"?

Для административного рынка не существует понятий товара и стоимости – релевантен только объем располагаемых ресурсов. Объем ресурсов, которыми располагает интеллигенция, за 20 лет уменьшился до еле заметной величины; кроме того, снизилось качество этих ресурсов. Власть не считает, что результаты усилий интеллигентов вообще чего-то стоят. Она научилась имитировать то, что на предыдущем этапе развития считалось интеллигентностью, и сформировала когорты депутатов, ученых экспертов, "лидеров общественного мнения", "политиков", которые реагируют на государственные стимулы так, как в данный момент нужно власти. Члены этих когорт обладают различными признаками интеллигентности – "умной" внешностью, хорошо поставленной речью, учеными степенями и почетными званиями, а также способностью генерировать "правильные" ответы на любые вопросы.

Я бы сказал, что советская интеллигенция исчезла вместе с "рабочими" и "крестьянами" СССР, оставив в наследство некую неоформленную, диффузную группу, имеющую лишь внешние признаки прежней интеллигенции. Впрочем, то же произошло с рабочими и крестьянами.

Даже из того, что Вы рассказали, видно, что первые годы этого столетия были для Вас весьма насыщенными. Не могли бы Вы указать основные вехи последних полутора десятилетий: важнейшие аналитические проекты, книги или блоки статей, курсы в Вышке и т. д.?

Уже давно, примерно с 2007 года, реализуется экспедиционная программа для студентов НИУ ВШЭ. Поначалу Вышка относилась к нашим экспедициям прохладно, однако я находил спонсорские деньги и, договорившись с преподавателями о том, что студенты, желающие участвовать в этих проектах, какое-то время не будут ходить на занятия, вместе с Юрой Плюсниным вывозил их в разные интересные места: на Алтай и русский Север, на Дальний Восток, регионы Нечерноземья. Эти экспедиции фактически можно было назвать плохо оформленным включенным наблюдением силами наивных наблюдателей. Они оказались очень эффективными, полезными и для студентов, и для нас.

Несколько лет назад экспедиционная программа легализовалась под названием "Открываем Россию заново" и получила централизованное финансирование. Через программу прошли несколько тысяч студентов. В рамках разных проектов наша кафедра местного самоуправления вывозила студентов – в общей сложности около тысячи – примерно в 300 муниципалитетов из всех федеральных округов.

Второй большой проект, который и сейчас продолжается, – Фонд поддержки социальных исследований "Хамовники". Для меня этот проект начался в 2007 году, когда Александр Клячин (примерно 60-я позиция в рейтинге богатых людей "Форбса", по образованию географ), попросил сделать проект поддержки полевых исследований. Сначала я привел Вячеслава Глазычева, но он все -таки был не столько организатором, сколько политиком. Глазычева сменил один питерский социолог, который несколько неряшливо обращался со спонсорскими деньгами. И в 2011 г. Клячин мне сказал: давай берись. И я взялся. Сейчас Фонд – четырнадцатый в рейтинге Форбса по качеству и значимости проектов и первый по эффективности вложений.

В Фонде запрещены в принципе проекты с анкетными опросами. Только наблюдения, интервью и описания. Всеми неудачными проектами Фонда руководили разного рода классические социологи, использующие анкетную методологию. А большей частью удачных проектов руководили люди, не входящие в научную элиту.

Исследовательские проекты, финансировавшиеся Фондом, посвящены: гаражникам (форма промысловой активности, обеспечивающей выживание промышляющих; распространена преимущественно в городах), распределенным мануфактурам (специфическая форма организации ремесленного производства, распространенная в малых городах), бесхозяйному имуществу (имущество, не находящееся на балансе предприятий и организаций, формально не принадлежащее частным лицам, но тем не менее используемое и включенное в хозяйственный оборот), неформальному здравоохранению (то есть активности людей, направленной на лечение и поддержание здоровья и не сопряженной с государственным здравоохранением), отходникам (форма промысловой активности, характерная для сельской местности). К настоящему времени реализовано более ста проектов. Результаты издаем, затем переводим на английский и тоже издаем. Вся информация – на сайте Фонда http://khamovniky.ru/.

Еще одним большим проектом был журнал "Отечественные записки", но он утратил актуальность и был закрыт в конце 2014 года.

Из личных проектов, если подводить итоги, для меня важны следующие: "Сословная структура постсоветской России", где я обосновал и описал специфическую социальную структуру, образованную отношениями между группами, которые созданы государством; "Поместная Федерация", где анализируется административно-территориальная структура СССР и России; "Административные рынки СССР и России", где введены понятия административного рынка, административного торга, административной валюты и сопряженные с ними; "Циклы деятельности и идеальные объекты", где развит аппарат веерных матриц применительно к анализу научных онтологий; "Ресурсное государство", где я попытался описать функционирование хозяйства, в котором нет капиталистических товаров и денег, но есть ресурсы и различные формы их освоения.

И, конечно, упомянутая выше система контекстного анализа текстов "Гитика". В связи со смертью Бардина, однако, ее развитие (по моей части) остановилось. Сейчас эту информационную систему использует только ТАСС, дальше она не развивается.

Начата и пока не закончена работа (совместно с Александром Павловым) по теории ресурсного хозяйства и промысловой деятельности.

Хотел бы отметить также работы по угрозам, в которых показано, что ресурсное хозяйство основано на конструировании угроз и их последующей нейтрализации, в отличие от рыночных хозяйств, где основа – риски на рынках. Об этом можно прочитать здесь.

http://liberal.ru/etudes/7622?fbclid=IwAR0HRO-ONccwX0VjneU_cjKPrAFcbjkg79Dgx3U6Jb9_F0SBP9DOHle8H0o


Tags: Кордонский, евреи, интеллигентность, социология
Subscribe

promo intelligentsia1 июль 14, 2018 15:25 4
Buy for 10 tokens
Нам - 10 лет! Я создал это сообщество 15 июля 2008 года. Поздравляю с юбилеем 536 Сообщниц и Сообщников, 488 Читательниц и Читателей, ну и себя, любимого, конечно! За последние 5 месяцев нас стало на 7 Сообщников и на 8 Читателей меньше... То есть число наше стабилизировалось, и мы с Вами,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments