Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

solj

Об этом сообществе

Заинтересовавшись тем, что такое интеллигенция, я с удивлением обнаружил, что, несмотря на обилие статей и книг на эту тему (а, может быть, именно поэтому), особой ясности в данном вопросе не наблюдается.

Еще больше меня удивило отсутствие в ЖЖ сообщества, посвященного интеллигенции. Восполняю сей пробел и начну с того, что постараюсь собрать здесь своего рода "базу данных" по проблеме. Поэтому интересующимся советую не ограничиваться чтением последних записей, а заглянуть в архив. Или хотя бы посмотреть посты с метками определения , ключевые тексты , а затем и с меткой статьи об интеллигенции.

На конец мая 2018 года более 2.500 записей и 4.500 комментариев.
760 меток (в т.ч. имена всех авторов текстов).
18 ключевых материалов (на самом деле - меньше, потому что некоторые тексты слишком длинные, их приходилось публиковать по частям).
160 статей (на самом деле их тоже меньше, по той же причине)
56 определений понятия "Интеллигенция" (на самом деле - больше, поскольку некоторые посты содержат по нескольку дефиниций).

А моё определение этого понятия таково: совестливая часть мыслящей части образованной части общества.

Ну, а "интеллигентный человек", на мой взгляд, должен обладать четырьмя качествами: ум, культура (образование), воспитанность и совесть (порядочность).

Collapse )
promo intelligentsia1 july 14, 2018 15:25 4
Buy for 10 tokens
Нам - 10 лет! Я создал это сообщество 15 июля 2008 года. Поздравляю с юбилеем 536 Сообщниц и Сообщников, 488 Читательниц и Читателей, ну и себя, любимого, конечно! За последние 5 месяцев нас стало на 7 Сообщников и на 8 Читателей меньше... То есть число наше стабилизировалось, и мы с Вами,…
solj

Может ли Еврей любить Россию?

Наткнулся в фейсбуке на интересный текст Ольшанского, который привожу ниже. В комментариях к нему тоже немало интересного. Некоторые из них тоже приведу здесь.

Дмитрий Быков, едва очнувшись после больничного забытья, сразу принялся писать в "Новой газете" сатирические стихи, высмеивая долгожданную раздачу русским паспортов России.

Стихи длинные и очень плохие, приведу только один фрагмент:

Collapse )


solj

Интеллигенция, интеллектуалы, элита: совесть нации или прослойка при власти (окончание)

(окончание)

Ирина Ясина: Вот мне очень хочется обсудить понятие элиты теперешней. Я согласна, что элита и номенклатура – это сейчас снова одно и то же. У меня был на моем Клубе региональной журналистики замечательный случай. Выступала у нас Людмила Михайловна Алексеева, председатель Московской Хельсинской группы, пожилая дама, несомненно, интеллигентная. И молодой журналист (или девочка, не помню) из Урюпинска или Владимира (тоже не помню) сказал: «Людмила Михайловна, как же так, что такое элита? Они же - элита. Мы же их так называем». А Людмила Михайловна мудрая ответила: «Деточка, это мы с тобой элита, а они – это верхушка». И вот это понятия «элита» и «верхушка» мне с тех пор нравятся безумно совершенно. Но вот Гудков головой крутит – то ли одобряет, то ли нет. И я уже боюсь дальше говорить.

Collapse )
zhivoi
  • zhivoi

Памяти Профессора Белоусова

Beloussov-3.jpg
Памяти Профессора Белоусова.
11 сентября 2017 года ушел из жизни Профессор Биологического Факультета МГУ Лев Владимирович Белоусов. Ему было 82 года, и до последнего момента он продолжал заниматься наукой, руководя работой своих аспирантов и сотрудников даже из больничной палаты.
Льву Владимировичу выпала трудная, но интересная судьба. Биологической наукой он начал заниматься еще во времена Товарища Иосифа Сталина, и, получается, что продолжал активно заниматься ею в год столетия Великой Октябрьской Социалистической Революции. То же самое, конечно, можно сказать про многих еще живых корифеев «сталинской закалки», на которых во многом и до сих пор держатся еще наука и образование в России  (дай Бог здоровья и долгих лет тем, кто еще жив, конечно!)
Но судьба Профессора Белоусова все же уникальна: всю свою жизнь, начиная с юного возраста, он, по сути дела, занимался одной научной проблемой, но зато какой! – Всю свою жизнь Профессор пытался ответить на вопросы о том, что такое форма, почему живые организмы ее имеют и почему организм этой самой формой (или, может, чем-то более фундаментальным, одним из проявлений чего форма является?) интегрирован в единое целое.
Лев Владимирович был внуком выдающегося русского мыслителя XX века и ученого-энциклопедиста Александра Гавриловича Гурвича. В 1910-е- 1920-е годы, в том числе и в страшные годы Гражданской Войны в России, Гурвич занимался феноменом появления формы живых организмов в ходе развития и пришел к выводу о существовании механизмов интеграции организма в единое целое. Гурвич выдвинул идею биологического поля, которое интегрирует организм в единое целое, при этом судьба той или иной части зависит от ее положения в целом организме. Многие, конечно, слышали о его ставшем легендарным эксперименте с митозами в корешке лука, благодаря которому Гурвич пришел к выводу об электромагнитной природе биологического поля и предположительно об ультрафиолетовом спектре митогенетических излучений, в рамках которых клетки обмениваются сигналами. Эта часть его учения, насколько я пониманию, так и не получила четкого подтверждения. Важно, что Гурвич был одним из первых, кто понял, что физика может привнести в биологию не только редукционизм и примитивизм, но и интегральность.
Проблема регуляции развития живых организмов, конечно, гораздо древнее и в Западной Традиции уходит корнями в Античность. По крайней мере, начиная с 4 века до нашей эры в европейской цивилизации были сформированы уже два альтернативных взгляда на возникновение формы живого. Согласно первому из них, организм можно рассматривать как систему «жесткой предетерминированности» будущей формы (взгляд, идущий от Гиппократа), альтернативный взгляд предполагал возможность «образования новых форм из бесформенности» (этот взгляд берет начало от Аристотеля). Этот, условно говоря, «спор между Аристотелем и Гиппократом» красной нитью проходит через историю биологической науки, время от времени принимая новые формы и подстраиваясь под парадигматику и терминологию сменяющих друг друга эпох.
Живя во времена засилья одурманивающих телевизионных шоу и бюрократической писанины, мы привыкли считать, что ученый (эксперт, аналитик, философ и т.п.) должен быть готовым ответить на поставленный (например, телеведущим) вопрос за несколько секунд или, уж, по крайней мере, в письменном виде в течение нескольких дней обосновать свое мнение на канцелярите. На самом деле, есть много вопросов, на которые лучшие умы человечества пытаются ответить годами, веками и даже тысячелетиями.
Конец XIX века ознаменовался рождением экспериментальной эмбриологии. Почти анекдотическим образом основатель экспериментальной эмбриологии (Вильгельм Ру), проведя первый эмбриологический эксперимент, доказал (как тогда казалось) правоту Гиппократа касательно жесткой предетерминированности живых структур, а со-основатель этой науки Ганс Дриш, проведя второе экспериментальное исследование в области эмбриологии, получил данные в пользу конкурирующей точки зрения. Дриш показал, что из половинки и даже из четверти зародыша может возникнуть целый организм, открыв тем самым явление эмбриональных регуляций и поставив вопрос об интегральность развития уже в эпоху бурного расцвета классической западной науки.
XX век, таким образом, начался с очень горячих концептуальных споров, из тех, которые мало кого могут оставить равнодушными. Мейнстрим эмбриологической науки в прошлом веке получился в итоге своего рода компромиссным – сначала шел поиск компромисса между противоборствующими точками зрения внутри эмбриологии, а потом (и параллельно с этим) – еще и с захватившей умы человечества предельно редукционистской менделевской генетикой. Развитие организма стали понимать как систему причинно-следственных взаимодействий его частей, а во второй половине XX века такой взгляд наложился на представления о работе генов как своего рода совокупности четких инструктивных команд.
В итоге Третье Тысячелетие мы встречаем с довольно странным концептуальным багажом. С одной стороны, негласно считается, что информация о строении организма закодирована в генах, а гены – это участки ДНК, с другой стороны, -- не очень  понятно, почему одни и те же молекулы ДНК дают столь разительно различающиеся результаты в разных терминальных дифференцировках и еще более непонятно, как все это динамическое разнообразие клеток интегрируется в целый организм. Сравните, например, нейрон и клетку эпидермиса кожи одного и того же человека. Не очень-то они похожи, правда? А ведь с точки зрения генетиков середины XX века это одно и то же!
Люди с мейнстримовским мышлением объяснят Вам этот парадокс примерно так: гены в разных клетках одни и те же, но работают они по-разному (по-научному говоря, экспрессия генов выражена по-разному). А работа их зависит от связывающихся с ДНК белков (а они кодирутся в ДНК) а также от модификаций ДНК и белков-гистонов, что, в свою очередь, зависит от белков, которые, в свою очередь, кодируются в ДНК. То есть форма и содержание клетки в конечном итоге определяются кодирующей частью ДНК, которая в разных клетках одинакова, а клетки при этом разные. Парадокс!
Получается как в старом анекдоте:
- Ты где деньги берешь?
- В тумбочке!
- А в тумбочку их кто кладет?
- Жена.
- А у жены деньги откуда?
- Как откуда? Я ей даю!
- А ты сам-то где деньги берешь?
- В тумбочке!
Сейчас, конечно, в связи с бурным развитием эпигенетики ситуация в мозгах немного исправляется, но буквально 20 лет большинство людей, не только обывателей, но и профессиональных биологов, касательно механизмов регуляции развития живых организмов думало примерно как герой этого анекдота.
Я это все пишу не для того, чтобы раскритиковать существующие в науке порядки и дать сейчас радикально отличающееся от мейнстрима объяснение. Скорее всего, убедительное альтернативное объяснение невозможно без серьезного пересмотра основополагающих философских принципов науки. Последние лет сто мы живем в ситуации, когда в человеческих разумах глубинной догмой засел лаплассовский детерминизм, и, пока он будет там доминировать, вряд ли биологии удастся выкарабкаться из ловушки радикального геноцентризма. Просто хочу показать, с насколько контр-интуитивными и парадоксальными вещами работал всю жизнь Профессор Белоусов.
Льву Владимировичу повезло с научным наставничеством. Если, конечно, «везением» можно назвать десятилетия непризнания и непонимания, полную трагической борьбы за Истину жизнь. Судьба его великого деда Гурвича была очень неровной. Помимо Симферополя, где он с небольшой группой единомышленников творил великую науку прямо посреди ужасов Гражданской Войны, Александр Гаврилович трудился потом еще в Москве и Питере, признание и похвала властей временам сменялись опалой и злобой. В конце жизни (в 1948, после усиления позиций Трофима Лысенко) он опять попал в опалу и уволился с поста директора Института Экспериментальной Медицины. Гурвич организовал небольшую лабораторию прямо на дому, где с группой учеников проводил исследования и семинары, посвященные интегральности живого. Так получилось, что его последним учеником стал собственный внук. Наверное, будет правильно сказать, что Лев Владимирович Белоусов сформировался под идеями и проблематикой гораздо более глубинными, чем мейнстрим биологии XX века, а Учителем его был один из основателей современной интегральной биологии.
Все мы, конечно, наслышаны о борьбе с генетикой в СССР, тема эта была очень популярна в Перестройку, она до сих пор на слуху, и в массовом сознании, наверное, даже немного утрирована и мифологизирована. Борьба эта велась под знаменем марксизма-ленинизма а также дочернего научного учения – так называемого Советского Творческого Дарвинизма (сейчас мы называем это учение «Лысенковщина»). Почему-то советские философы во главе с Презентом умудрились доказать, что идея наследования благоприобретенных признаков больше соответствует материалистическому мировоззрению, чем представления о генах и хромосомах, и что генетика поэтому является лженаукой.
Гораздо меньше людей знают, что в СССР велась борьба и с другими научными направления – со сравнительным языкознанием, например, с кибернетикой и даже, как это ни странно, с Клеточной Теорией в гистологии и эмбриологии, которой было противопоставлена так называемая Теория Межклеточного Вещества Ольги Борисовны Лепешинской.
Кроме того, велась также борьба с «идеализмом» в биологии.
Нетрудно догадаться, что теоритические работы Льва Владимировича, касающиеся применения принципов топологии, геометрии и теории симметрии для объяснения морфологии и поиск возможных механизмов интегральности живого, были встречены в штыки. Под понятие «идеализма»  могли подогнать почти любое направление теоритической биологии. Ганс Дриш, по крайней мере, был занесен в список идеалистов, его труды выдавались в Ленинской Библиотеке лишь «для служебного пользования», а те, кто читал его книги и тем более опирался на его идеи в научной работе, выглядели с точки зрения догматиков марксизма-ленинизма не очень-то надежными советскими гражданами. Льва Владимировича сильно ругали, на него писали доносы. Сам он в силу своей природной скромности никогда не пытался выставить себя борцом за Истину и тем более пострадавшим от коммунистической власти, понимая, конечно, что настоящему ученому в любую эпоху живется нелегко, и какая бы ни была власть на дворе, Истина, по большому счету, мало кому нужна. Кроме того, гонения на науку в позднем СССР были, конечно, несопоставимо мягче, чем то, что творилось при «Народном Академике» Лысенко в 1940-50-е.
В первой половине 1970-х Лев Владимирович все больше делает акцент на понимании возможных конкретных механизмов интеграции живых организмов. Постепенно вырисовываться контуры будущей науки на стыке биологии развития и механики, которую Лев Владимирович позже назовет морфомеханикой, а в англоязычном мире не так давно появился термин «механобиология», который, скорее всего, в ближайшие десятилетия и закрепится как название данной науки. Как я понимаю сейчас, путь к изучению механики морфогенеза был закономерным результатом участия Льва Владимировича в исследования асимметрии дробления у моллюсков (совместно с В. Мещеряковым), раннего морфогенеза гидроидных полипов, но особенно – раннего морфогенеза амфибий совместно с учениками В. Черданцевым и Я. Дорфманом.
Сам Лев Владимирович рассказывал, что идея о роли механических напряжений в регуляции морфогенеза посетила его и Якова Дорфмана во время разговора в буфете, где были кожаные плетеные кресла. К стыду своему, я забыл, что это был за буфет, поистине имеющий право называться «легендарным», возможно, речь шла о преподавательской столовой в ГЗ?
Так вот, Яков Дорфман рассуждал о морфогенезе и активно при этом теребил кожаные ремешки, оплетавшие кресла. Ремешки после оттягивания начинали реагировать на деформацию, съеживаться и изменять форму. И тут Учителя и Ученика осенила идея о том, что живые ткани имеют механические свойства, и что механические напряжения могут интегрировать развивающийся организм. Сейчас идея о том, что живые ткани имеют механические свойства, кажется очевидной (а как же иначе? – ведь с точки зрения физики живые объекты можно рассматривать как физические тела). Для 1970-х и даже для 1990-х такие идеи были шокирующими, вводя биологов в состояние когнитивного диссонанса. К сожалению, Яков Дорфман умер молодым, и развивал эти идеи в основном Лев Владимирович. Но он всегда подчеркивал, что идея о роли механических напряжений в интеграции онтогенеза не его личная, а родилась благодаря Дорфману. Судя по всему, это был очень талантливый человек, жаль, что он не смог реализоваться в полной мере.
В 1970-х-80х критики Льва Владимировича постепенно отходят от риторики «борьбы с идеализмом» и пытаются перевести дискурс в разряд «борьбы с паранаукой». Уж очень не хочется употреблять эти слова в тексте памяти Льва Владимировича, но за глаза нередко говорили о «псевдоунаке», «лженауке», «полной ерунде», «человеке, который не пойми чем занимается» и т.п. Сам я лично со всем этим столкнулся в 1990е, именно на эти лихие годы пришелся период моего ученичества, но, думаю, отношение в том же духе к его работам было и в 1970-80е.
Основу аргументации составляли доводы «этого не может быть, потому что не может быть никогда…», «эксперименты поставлены некорректно», «у живых тканей нет механических свойств», «механическими свойствами живых тканей можно пренебречь» «вся информация закодирована в генах, поэтому механика никак не может влиять на морфогенез» и т.п…. Критику по существу удавалось услышать очень редко.
Впрочем, справедливости ради надо отметить, что критика морфомеханики нередко шла как бы « в нагрузку» к критике Гурвича в целом и особенно его идей о биополе, и Льва Владимировича критиковали скорее за то, что он не отрекся от наследия своего великого деда, чем за конкретные научные работы. Вторая половина XX века ознаменовалась расцветом редукционисткой биологии, казалось, что редукционизм окончательно победил, еще немного – и все загадки живой материи можно будет легко объяснить в терминах химических реакций. Особенно большой оптимизм по этому поводу был у марксистов в СССР, так как считалось, что, согласно учению Маркса и Энгельса, «жизнь есть способ существования белковых тел» и что сведение свойств живого к закономерностям химии доказало бы правоту материализма и косвенным образом подтверждало бы правильность выбранного ЦК КПСС курса на построение коммунизма в отдельно взятой стране.
Редукционистов раздражала сама мысль о том, что кто-то в СССР продолжает развивать интегральную биологию, имя Гурвича старались вообще не упоминать. А Лев Владимирович, во-первых, продолжал теоритически переосмыслять идею биологического поля, во-вторых, подготовил к изданию книгу о своем великом деде, и, в-третьих, помимо морфомеханики, развивал еще часть учения Гурвича, касающуюся природы морфогенетического излучения, приняв непосредственное участие в изучение электромагнитной сигнализации живых систем и внес вклад в становление еще одной науки на стыке физики и биологии – биофотоники (наука об электромагнитных излучениях в живых системах). С конца 1980-х и начала 1990-х он активно обсуждает эти идею с двумя самобытными исследователями биолюминесценции Ю. А. Лабасом и В.Л. Войековым. В начале 1990х работы Льва Владимировича и В.Л. Войейкова в области биофотоники получают международный резонанс: Лев Владимирович, параллельно со своей работой в Московском Университете, становится профессором Международного Университета Биофизики, организованного в Германии физиком Ф. Поппом.
В конце 1980-х и начале 1990-х в стране происходит взрыв интереса к паранормальным явлениям, экстрасенсорики, УФОлогии, эзотерической философии, йоге и прочему мистицизму. К обвинениям Льва Владимировича со стороны редукционистов добавляются еще обвинения в потворствовании оккультизму и эзотерике. В 1960-70е научные идеи А.Г. Грувича о биополе проникли в советский эзотерический андеграунд и развивались уже в ненаучном аспекте в узких эзотерических кругах, сильно смешавшись с восточным и западным мистицизмом. В Перестройку эти тайные знания, представляющие собой смесь обрывков традиционных учений и элементов интегральной биологии, приходят уже в массовую культуру. Благодаря этому термин «биополе» в конце 1980-х и в 1990-х у рядового обывателя больше ассоциировался с экстрасенсами и народными целителями, чем с биологией развития.
Лев Владимирович был материалистом, и обвинения его в потворствовании оккультизму в России просто смешны для всех знающих его. В отличие от некоторых биофизиков, действительно изучавших в те годы экстрасенсов и прочую мистику, он никогда этим не занимался, не только из-за сомнительности таких занятий, но и по более глубоким причинам: фундаментальная наука должна изучать в первую очередь нормальные явления, а не паранормальные.
Нездоровый интерес к его работам со стороны эзотерических кругов и экстрасенсов здорово докучал: нередко приходилось чуть ли не отбиваться от толп поклонников его научного творчества, пытавшихся разглядеть в нем нового гуру, дающего сенсационные ответы на вечные вопросы. Помню, как умело и ловко он скрывался о толпы помешанных на эзотерике тетушек в перерывах между сессионными заседаниями Международной Конференции имени А. Г. Гурвича, которая проходила на Биофаке МГУ в 1994 году. Лев Владимирович проявлял чудеса топологической изобретательности, «запутывая следы», впрочем, в этом ему, конечно, помогало прекрасное знание архитектурного устройства Биофака, на котором он проработал несколько десятилетий.
Эта конференция тогда вызвала у меня небольшой когнитивный диссонанс. Поскольку я занялся экспериментальной наукой в тот год, когда остальные из нее как раз начали сбегать (в 1992м) и, кроме нищеты и лишений, выпавших на долю русских ученых, мало что видел, мне никак не удавалось осознать, что Московский Государственный Университет все еще остается одним из ведущих мировых научных центров. На конференцию приехало много ученых из разных стран, и было видно, что к Московскому Университету и русской науке они относятся с большим уважением. Это было очень удивительно на фоне той страшной экономической катастрофы, которая постигла Россию в начале 1990-х.
С начала 1990-х происходит не только расслоение народа на бедных и богатых, но и научных лабораторий тоже. В это время в мировой науке происходит активное внедрение молекулярных методов в разных областях биологии, а в ельцинской России, конечно, мало кто мог себе позволить. Люди в основной массе работали либо вообще без финансирования, либо, если кому повезло, могли получить что-то от Джорджа Сороса. Первые гранты РФФИ пошли где-то уже в середине 1990-х, но и они больше носили символический характер.
Ко всем прочим обвинениям Льва Владимировича добавляется еще одно – инструментарий применяемых методов слишком уж классический и дешевый, пора, мол, переходить на молекулярную биологию, а без этого, дескать, эксперименты носят устаревший характер и никого не убеждают. Особенно многих шуток (иногда добрых, иногда не очень) касалось знаменитого исследования середины 1980-х, в котором искусственно приложенные механические напряжения вызывали переориентацию латеромедиальных движений конвергенции в эксплантатах дорсальной губы бластопора амфибий. Это исследование Лев Владимирович провел совместно со своими учениками И. Наумиди и А. Лакиревым. Лакирев разработал пластиковую камеру, на дне которой закреплялся кусочек латексной резины. Камера заполнялась раствором для культивирования амфибий, на латекс прикрепляли эксплантат, потом кусочек латекса можно было растянуть с помощью специального колесика, и таким образом механически воздействовать на эксплантат.
Про «резиновое изделие номер 2 Минмедпрома» в СССР и без того ходило много шуток и анекдотов, в основном в невыгодном свете выставлявшее данное изделие по сравнению с западными аналогами. А тут получалось, что, наоборот, изделие сослужило огромную пользу отечественной науке – резина была плотная, тянулась ровно, после обработки хромпиком на нее хорошо прикреплялись эксплантаты. А западные аналоги были хлипковаты и для научных целей не годились (так, по крайней, мере, говорилось в университетских легендах). Университетский фольклор про странного профессора, который тянет кусочки эмбрионов на «резиновом изделии номер 2» слышал, наверное, почти каждый первокурсники Биофака МГУ тех лет. Я, по крайней меры, слышал эти истории задолго до того, как познакомился с Львом Владимировичем. Эта изобретательность, однако, многим не нравились – слишком уж простой и дешевой получалась самодельная аппаратура, на которой решались столь серьезные научные задачи.
В конце 1990-х и начале 2000-х на Западе начинают активно изучать механочувствительные каналы и механотрандукцию, и риторика отношения к работам Профессора Белоусова в России заметно меняется. Все чаще в разговорах вместо привычного «с кем ты связался?», «беги от него скорее!» и «зачем ты такой ерундой занимаешься?» мне говорили «слушай, а ведь есть механочувтсвительные каналы, получается, что то, о чем говорил Белоусов имеет смысл…..»
Сейчас появляется все больше работ, посвященных роли механических сил и напряжений в биологических системах, так что признание своих идей в области биомеханики Лев Владимирович успел увидеть при жизни. Механобиология все больше выходит в мейнстрим современной биологии, чего, пожалуй, не скажешь о митогенетических излучениях и биофотонике, -- эти направления до сих пор кажутся мейнстримовским биологам странными и сомнительными.
Время рассудит.
Насчет научного наследия Профессора Белоусова будут еще долго вестись споры, но есть еще одно направление деятельности Льва Владимировича, колоссальная важность которого мало кем ставится под сомнение – педагогика и преподавание, в том числе руководство студенческими работами. Лев Владимирович – прирожденный Учитель, и, кроме того, он обладал колоссальным терпением в своей педагогической деятельности, он умел рассмотреть в каждом студенте личность со своими особенностями, талантами и интересами. К нему приходило много молодых людей, склонных к оригинальничанью, вольнодумию и имеющих завышенные ожидания по поводу быстрого получения сенсационных результатов, сейчас я просто поражаюсь, как он умудрялся все это терпеть. Мое обучение началось с того, что я в течение почти целого рабочего дня учился точить микрохирургический скальпель и иглы, Профессор находился неподалеку, время от времени подходил и корректировал мою работу. Примерно в том же стиле учил он микрохирургии, часами находясь рядом со своими учениками. Разумеется, именно так и можно воспитать хорошего микрохирурга, но в наше время такое почти не встречается – хорошо, если научный руководитель хотя бы иногда просматривает полученные студентами результаты.
Только на прощании с Профессором Белоусовым и поминках до меня дошло в полной мере, что он был Учителем и наставником для разных поколений в совершенно разных эпохах – от 1960-х до 2017-го. Кроме личного наставничества, он, привил любовь к биологии развития тысячам людей своими лекциями, послушать которые приезжали порой из других городов и регионов.
Лев Владимирович автор прекрасных учебников, он несколько десятилетий преподавал курс общей эмбриологии для всех студентов Биофака МГУ и, кроме того, еще несколько спецкурсов на Кафедре Эмбриологии. Его учебники (особенно «Основы общей эмбриологии» 2005 года) для многих стали началом пути к осознанию глубочайших научных вопросов.
Сегодня исполняется 40 дней со дня физической смерти Профессора. Лев Владимирович окончательно покидает наш бренный мир. Когда уходят личности такого масштаба, классики советской науки, принято говорить, что «ушла целая эпоха». В случае Профессора Льва Владимировича Белоусова, однако, ситуация прямо противоположная – его эпоха только начинается!
Помолимся за упокой его Души!
Светлая Память Вам, Лев Владимирович! Всего Доброго в Новом Мире и еще раз простите!
solj

Мережковский, «РУССКАЯ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ КАК ДУХОВНЫЙ ОРДЕН»

Беседа IV

«РУССКАЯ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ КАК ДУХОВНЫЙ ОРДЕН»
1927 год, Париж.

(По поводу речи И. И. Бунакова)

Вступительное слово Д. С. МЕРЕЖКОВСКОГО

Председатель Г. В. Иванов: Объявляю заседание «Зеленой Лампы» открытым. Слово принадлежит Д. С. Мережковскому.

Д. С. Мережковский: Прошлый раз я не успел возразить на речь И. И. Фондаминского. Его сегодня здесь, к сожалению, нет, но я все-таки скажу несколько слов. Действительно ли русская интеллигенция есть такой величественный духовный орден? И нет ли между русской интеллигенцией и русским духом, душой России, несоизмеримости? Вспомните, когда началась интеллигенция. Типичный интеллигент, — Белинский, встретился с Гоголем. Как отнесся Белинский к великой религиозной трагедии русского духа? Ему просто показалось, что Гоголь крепостник. Он даже не понял о чем у Гоголя идет речь. Я считаю Белинского крупным и значительным человеком, но с большим легкомыслием к трагедии Гоголя нельзя было отнестись. Или Писарев и Пушкин. Интеллигенция между ними выбрала Писарева. Пушкин был понят, принят вопреки интеллигенции. Тоже самое было с Достоевским да и с Толстым. Толстой, Достоевский, Вл. Соловьев — все это представители русского духа, русской культуры. И с ними у интеллигенции была сплошная, непрерывная борьба. Не было жесточе цензуры интеллигентской. Я знал лично Михайловского и знал его цензуру. А ведь он, при этом, еще все время говорил о свободе. И вот, что, наконец, сообщил нам И. И. Фондаминский:

Это русская интеллигенция выделила из себя большевиков. Верно ли? Верно. Большевики типичнейшие русские интеллигенты. Это всем известно и не это утверждение Фондаминского меня удивило. Но вот что вызывает недоумение. Когда он стал определять сущность большевизма, грех его, он сказал, что это лжетеократия. Конечно, большевизм нельзя называть ложной теократией, ибо в таком случае надо признать, что большевизм — лишь историческое зло. Что такое ложная теократия? С точки зрения Достоевского и моей, можно назвать лжетеократией, папизм, например. Католицизм одно из самых великих явлений в мире, но отчасти он лжетеократия. Самодержавие — тоже ложная теократия. Но можно ли все это сравнивать с большевизмом? Это иностранцам позволительно думать, что большевизм есть просто некое историческое зло. И. И. Фондаминский в личной беседе соглашался со мной, что большевизм небывалое в истории, единственное, предельное зло — сатанизм. Породила этот сатанизм русская интеллигенция. Что, казалось бы, делать ей?
Collapse )
маршал

Мы всегда возвращаемся к Ленину...

Правда-правда. Ну, в смысле, - как Черномырдин говорил про политические партии: "Какую партию ни пытаемся построить - всегда получается КПСС". Кстати, вот только сейчас понял, что это стопроцентная копия (калька) его же лучшего и гениального "крылатого выражения" - "хотели как лучше, а получилось как всегда".

Собственно, Ленин тут не при чём, хотя и при чём. Естественно, как всякий настоящий сталинист, а я именно настоящий сталинист, скажем так: научно-исторический сталинист, - я терпеть не могу Ленина. С вариациями от презрения до ненависти. Ибо сталинисты созидатели и творцы, - мы не любим разрушений и революций. Все эти революционные массы для нас - суть массы блевотные. "Восстание рвотных масс" - вот наше отношение к революции. Задача Сталина была (с которой он блестяще справился), а следовательно и всех сталинистов, - объединить разрозненную и разновекторную, но громадную революционную энергию (не Сталиным и не сталинистами высвобождённую), - и направить её в созидательное русло: и тогда вместо распада и дикого разрушения - мы получаем громадный положительный эффект.

Это как с атомной энергией, кстати. Может быть ядерный взрыв. Бомба. И нету Хиросимы. Да что там Хиросима, нынешние атомные бомбы - в разы и на порядки разрушительнее той. Но и революционный взрыв 1917-го тоже высвободил энергию тысячи хиросимовых бомб, кстати (между прочим - точно так же и во Франции в 1789-м; и там тоже был свой "сталин", только, пожалуй, масштабом поменьше, хотя суть его деяний была та же, только не надо было вообще всё пытаться захватить, во всём нужна мера - как у Сталина, который был "эталоном чувства меры", не чета Бонапарту). Но эту же атомную энергию можно использовать и "в мирных целях" - где она прекрасна, могущественна, благотворна, блестяща (можно и дальше продолжать ряд "восхитительных" эпитетов). Все эти могучие атомные ледоколы, мощные электростанции, кормящие электричеством миллионные города, громадные подводные лодки и т.д.

Словом, Ленин - это взорвавшаяся атомная бомба, унесшая миллионы жизней. А Сталин - могучий "мирный атом", направивший ядерную энергию революционного распада (гражданской войны, "мировой революции" и т.д.) - на выигрывание войн, ракетную программу и, собственно - и на саму ядерную программу (хыхы, какое совпадение) тоже. Вещи, за счёт которых мы до сих пор живём в принципе. Конечно, как говорится - и "щепки летели", но не Сталин же всё это начал, всю эту революцию, его задача, возложенная на него Богом, судьбой и русским народом, - была всё это исправить. И он справился.

Посему - Ленину наше презрение и плевок, а Сталину уважение и поклон. И без всякой диалектики и "единство и борьба противоположностей". Нет у нас никакого единства и не будет, не дождётесь: любовь зла, но не так, как на это рассчитывает козёл. Нет от нас, сталинистов, - никакого прощения и поддержки ленинской сволочи и троцкистской нечисти. Мы - аристократы духа, дети Бога и солнца, - а они - бесовские чучела. Нет у нас ничего общего, разные начала. Хотя их энергию (не нами высвобождённую) - использовать мы можем и из тактических соображений можем даже не ругаться на них (да просто хотя бы из элементарной вежливости, ибо мы, сталинисты, - квинтэссенция вежливости и культуры).

Но при всём при этом есть одна фраза, за которую я Ленину очень многое прощаю. И чуть ли ни начинаю понимать (но не принимать; нет всё-таки, ибо это для меня не оправдание его действий) - почему он всё это делал.

Я довольно много Ленина читал, кстати. Реально много (синее ПСС). Чтоб, значится, - знать, как с такой сатаной бороться (с чем я тоже, сталинистский умница, - прекрасно справился, бгггг). Так вот, есть у него такая фраза (кстати, сказанная применительно к приблизительно такой же ситуации, что я опишу ниже), которую я обожаю, часто цитирую, очень хорошо понимаю и чувствую: "Дураки, кругом одни дураки, совершенно не с кем работать!..".

Казалось бы - мысль банальная, часто многих из нас посещающая, "и что тут такого?" и т.д.

Но, нет. Тут не банальность. Тут гениальное построение мысли, живое Слово. Почти так же (но с другим вектором) пишутся Боговдохновлённые тексты. Фраза составлена так, что ты чувствуешь это буквально, каждой клеточкой тела. Физически ощущаешь ленинскую боль и тоску от его ситуации. Ну это как с музыкальными нотами - тоже вроде как банально - что что такого в этом - "ля", "до", "си", "ре". Ноты как ноты, просто звуки, вроде банально. Но приходит Моцарт, Мусогский, Бетховен, Вагнер, Римский-Косаков - и складывает эти до-ре-ми так, что ты плачешь на концерте, чувствуя их образы.

Иное дело, что мы, сталинисты, - делаем из понимания этого факта вовсе не те же выводы, что и Ленин. Раз дураки - то не обязательно за это их всех убить. И дураков можно (и нужно) любить. Мы их лечим и учим. Не принимаем ленинские выводы и методы, нет. Но понять - можем. Да, дураки, кругом одни дураки, совершенно не с кем работать!.. Всегда приходится возвращаться к этой ленинской фразе...

Объясню - почему в данном случае тоже.

Вчера по приезду в Россию (ездил на лыжах кататься и по музеям шляться да с одноклассниками встречаться) - в силу некоторых причин - первым делом посетил своих друзей: на данный момент первого философа (а ещё он писатель и т.д.) в России и во всём русском народе - Константина Крылова и его жену Надежду.

Кстати, тут сейчас только в виде дружеского "бгггг", - вынужден отметить стопроцентное внешнее сходство этой семьи с семьёй Ульяновых-Лениных. Костя - тоже невысокого роста, тоже с залысиной, с такой же рыжей бородкой и т.д., словом - если вы хоть раз были в мавзолее или хотя бы видели советскую красненькую десятирублёвку (да хоть коричневую сотню, зелёный полтинник или фиолетовую 25-рублёвку) - и видели ленинский профиль - а потом посмотрели бы на профиль Константина Крылова (особенно когда он худел после фашистской диеты) - то вздрогнули бы, похолодели и покрылись бы мурашками: переселение душ существует!, - подумали бы вы. Вдобавок, - он тоже талантливейший публицист, тоже руководит маленькой оппозиционной партией, которая в случае чего не постесняется всё возглавить, тоже не имеет ничего против германских денег (правда, их ему пока не дают). И жена - Наденька (кстати, родившаяся в том же городе, что и Крупская).

Но на этом сходство и заканчивается, хотя оно и прикольное ))) Уверяю вас как великий сталинистский диагност (а все сталинисты - гениальные диагносты): это сходство сугубо внешнее и вектор Константина Крылова и их семьи - другой. Это просто Боженька посмеялся, устроив это сходство. Бог - вообще часто восхитительно остроумен.

Так вот. Мы втроём мило дружески поболтали. В том числе я, ну просто как и положено всякому сталинисту (это "бремя белого человека"), прочёл нотационную лекцию на кулинарную тему. С критикой позиции моего друга (ну, вы часто это у него читали, безусловно), относительно убогой и омерзительной советской еды и всей "продуктовой корзины".

В смысле - сам факт я не оспаривал, с этим вообще глупо спорить: в 95% случаев именно так и было, а 5% островков, сохранивших хорошую кухню и продуктовый набор (включая специи) - на общую картину никак не влияли.

(Кстати, сам я в сталинистском кругу возглавляю фракцию сторонников хорошей кухни и не отрицаю тошнотворности и убогости советских школьных столовых и прочего общепита, тощих синих необщипанных кур, умерших от старости, которые ещё и в дефиците были при этом и т.д.; я считаю, что допускать этого было нельзя и позволять по итогу временную передачу русской Прибалтики блоку НАТО только из-за отсутствия у русского народа куска баранины, вырастить которую не составляло вообще никакого труда (ну элементарная же задача!), - это квалифицирую как троцкистское преступление и диверсию).

Критика была не самого факта, а его первоосновы. Просто Константин, сравнивая советскую и европейскую кухни, - делает ошибочный вывод о том, что это именно "советские придумали", тогда как во всём остальном мире всё хорошо.

Ошибка громадная. Понять, что это ошибка, легко может любой человек, кто хоть раз был в США. Американская еда вообще и продуктовая корзина в частности - чудовищна безвкусна даже по сравнению с советской едой. Резиновые помидоры без вкуса и запаха, баранина и говядина со свининой одинаковые на вкус (точнее - на его отстутствие), всюду соя-соя-соя, жир-жир-жир, объём, вал и полное отсутствие вкуса.

Не надо мне рассказывать про какой-то там "вкусный американский стейк", который кто-то где-то ел, как вчера начал мне рассказывать Константин Крылов, пытаясь огрызаться и спорить. И про дорогие элитарные магазины в Америке, где не такая еда, - тоже рассказывать не надо. Это ровно те самые 5%, которые имели место быть (ну там всякий шашлык для туристов, домашние помидоры на Кубани, кофе в литовских кафе и т.д.) и в советские годы и не делали никакой общей картины. Еда в США намного безвкусней советской, это просто резина.

Внимание! И ровно то же самое делал для Германии Гитлер! Просто не все это знают и понимают. Тоже направление на объём, вал, увлечение полуфабрикатами, консервами, всякими там химическими удобрениями и т.д.

Это удел всех великих (по масштабам) проектов: американского, советского, нацистского. В них никто не кормит человека, не стоит так цель. Кормят (иногда даже активно много по калориям) народ, массу, даже толпу. Естественно - вкус при этом пропадает, ибо вкус - это и есть нюансы, а не общее. Оттенки. Приправки. Ароматы в их букете и сочетании множества множеств.

Но в этом нет ничего сугубо советского!!! Поэтому и антисоветизм при этом не уместен. Вон - в твоей любимой Америке ещё хуже. Не нравится Америка (не ври!)? Хорошо, но Гитлера же ты любишь - так и у него то же самое.

Сначала вы создаёте всякие там громадные колхозы или фермерские хозяйства размером с миллионный город. Потом снабжаете это всё тоннами химудобрений и всякими там ГМО и Е-666. Вы создаёте вместо маленьких уютных ресторанов "заведения общепита" на миллиард посетителей в одном зале. Потом вы начинаете увлекаться всякими там "полуфабрикатами" и консервами. Ну а заканчивается это всё тем, что вы массово жрёте пластмассу с набором калориев и всяких там витаминов, да ещё и гордитесь этим, не понимая того, что утратили индивидуальность (а значит - Божественное начало) даже в еде и стали просто убогим элементом какой-то микросхемы, матрицы.

Причём - это ещё СЧАСТЬЕ, если это безвкусное г-вно - в дефиците, как в советские годы. Это серьёзно развивает фантазию - и, как ни странно, - в итоге разнообразит ваш рацион. Ибо, применяя фантазию, - вы находите много чего интересного сами: бабушкины рецепты засолки грибов, дедушкин вариант самогонного спотыкача ещё варяжского рецепта, что-то там "выращиваете на даче", ездите на охоту с братьями - на диких гусей и фазанов и т.д. Намного ХУЖЕ - когда дефицита на г-вно нет. Когда убогий пошлый Петросян не раз в год по телевизору на концерте на день МВД 10-го ноября, а каждый день и по многу часов; это как и с продуктами в США. Тогда ваши мозги обильно покроются даже не жиром, а похожей на жир биомассой с видом мягкой пластмассы - и вы станете похожи на 200-килограммовую американку из Небраски. Вам не станет - вами просто будет питаться матрица.

Это странная особенность всех больших проектов (странная потому, что я не вижу в этом большой необходимости: конечно, так легче; но это только для совсем идиотов-управленцев сложно руководить массами, которые нормально и вкусно едят, - лично я не вижу никакой проблемы в управлении и обществом гурманов или просто психически здоровых едоков (значит фантазийных в еде) тоже, нет тут никакой сложности для умного человека). Но при этом - ты первая (или одна из) держава, ты альфа-самец, осеменяющий весь мир своей культурой, языком и т.д., да и хотя бы просто спермой. Я имею в виду - великие проекты - как советский, американский, гитлеровский.

Но при этом тут нет ничего сугубо "советского", повторяю! "Совок" тебе не нравится? Ну так а США же нравятся? - так там в плане еды ещё хуже. Ах, тебе и США оказывается теперь уже не нравятся?! Ну так вот тебе Гитлер - там они с германской педантичностью могли довести вкус продуктов, идя по тому пути, по которому шли, - вообще до пластмассы в самом прямом смысле этого слова.

Итак, я в споре (точнее - в нотационной лекции) наголову разбил своего друга - и на капельку сделал его чуть меньшим антисоветчиком, значит добавил в наш мир ещё капельку доброты. Разумеется, это неудивительно: ибо даже самый слабый сталинист - на голову мощнее даже самого умного "белогвардейца"; а тут тем-более, ибо, хоть К.Крылов и самый умный из белогвардейцев, но я даже и не самый слабый из сталинистов, а вообще на втором месте - после Святослава Рыбаса и Жореса Алфёрова, т.е. очень умный.

Мой друг поражение признал и застонал: пощади! После чего я начал ехидничать и т.д., словом, - пошла весёлая дружеская пикировка и изводилово-измывание. Это когда побеждаешь врага - подло над ним продолжать измываться. А когда дружески побеждаешь друга в дружеском споре - всегда приятно и весело поиздеваться над ним и дальше в дружеской болтовне. Чем я и занялся (с некоторыми нюансами, которые вам будут понятны из нижесказанного).

На что Костя гениально предложил этюдное сравнение: что если бы я кого-то расстреливал как "красный комиссар" во время революции, то, вероятно, жертвы бы просили меня это сделать побыстрее и испытывали бы чувство вины передо мной за то, что вынудили меня это делать, ибо мне это неприятно и т.д., а они такие-сякие, а я весь такой вежливый и чистенький - и вынужден заниматься такой гадостью. Константин просто не знает (а может и знает), что мой личный девиз - Puris omnia pura (Для чистых - всё чисто), хотя, по сути, его пересказал с одной из сторон )))

Меня восхитила аллюзия, метафора. Вообще в данном случае не важно, что, конечно, - уж я бы точно не стал бы никого нигде расстреливать в "красную революцию". Начнём с того, что я вообще не "красный". Я белый сталинист - как маршал Малиновский, как граф Алексей Толстой, как Михаил Булгаков. Но самое главное - я категорический и принципиальный противник смертной казни. Есть и такая фракция среди сталинистов, на данный момент - правящая в сталинистском кругу.

И я стал умолять Костю написать своим божественным слогом эссе на эту тему. Ну или хотя пост в фейсбуке. Эссе на тему объёмной вежливости и интеллигентских рефлексий. С моей точки зрения - это ведь прекрасный образ, что "даже расстреливаемых стыдит палач за то, что они его вынуждают... - это с одной стороны, а с другой стороны - этим самым расстреливаемым и стыдно". Интересная и красивая мысль-иллюстрация про эти самые "интеллигентские рефлексии". И очень доступная, наглядная.

Умолял два часа. Ибо К.К. был занят и ему было не до этого - и я ему слал СМСки (это я когда уже ушёл от них) - "Ну где же это божественное эссе?!!".

Что Костя и сделал. Написал. Прекрасно написал, со всяким своими "штучками-украшательствами" типа "нежного черепа Даши Митиной" и т.п. С "если бы Эрик в красную революцию в Киргизии бы расстреливал, то...". Ну, всё как надо, красиво, стильно, умнО. И ПОНЯТНО, что самое главное.

И тут началось!.. В комментариях. Реально карнавал полной тупости. Ну, т.е., - этого просто много, и это ТАК тупо, что реально вспомнился Ленин с той фразой, с которой я начал этот пост. Я просто физически кожей в очередной раз ощутил ту ленскую боль и тоску.

Нет, ну мои друзья, наткнувшиеся на этот пост, оценили и юмор, и вообще красоту этого маленького эссе об "интеллигентских рефлексиях".

И то не все (например нежно любимый мною старый еврей Шварцер кинулся меня защищать там в комментарих, педалируя на то, что "нет ничего страшного в том, что сталинист только что вернулся из Куршевеля, потому что Куршевель - дешёвый отстой". Спасибо, Аркадий Михайлович, я тоже Вас люблю. И спасибо Вам за то, что Вы предположили, что я испытываю дикие муки совести от обвинений в том, что какая-то биомасса в комментариях стала меня (матом) обвинять в том, что "наверное это на путинские деньги сталинисты жируют и купаются в бассейнах с шампанским". Мне же так важно их мнение, конечно. И спасибо Вам за мнение о Куршавеле, куда я вообще часто езжу последние двадцать лет кататься на лыжах, встречаться с одноклассниками и другими друзьями - и вообще-то никаким отстоем это никогда не считал, несмотря на то, что там в два раза дешевле всё, чем в Сочи, и на то, что Михаил Прохоров устроил этому месту рекламу для буржуазных свиноматок; ну Вы-то знаете, что нет вообще никакого "куршАвеля", Вы д там были, там в трёх долинах около пятидесяти турбаз, из которых около пяти называются "Куршевель" и находятся они в разных местах).

Но основная масса!!!... Это преимущественно окормляемая моим другом-философом Константином Крыловым "белогвардейская масса". Боже-Боже!.. Они восприняли это совершенно буквально. Вот вообще буквально. Дело не в том, что где-то не поняли юмора, это даже не так важно. Просто вообще буквально поняли. Дословно.

Это вот отсутствие чувства юмора - признак надвигающейся шизофрении в психиатрии. Это ещё не ТАК страшно, поверьте специалисту по судебной психиатрии. Не так страшно - как идиотия. Не в оскорбительном ругательном смысле, а в медицинском, клиническом. Идиот - это человек, воспринимающий всё совсем буквально. Вспоминается пример, приведённый Корнеем Ивановичем Чуковским в книге "От двух до пяти" в главе "В борьбе за сказку", в котором какой-то "кандидат наук", кажется по фамилии Раппопорт, - писал на Чуковского доносы, обвиняя в рекламе извращённого секса, ибо "это противоестественно чтобы (я цитирую по памяти орфографию текста этого доноса - Э.Л.) комар женился на мухе". Речь о Мухе-Цокотухе, если кто не понял.

Так вот, "белогвардейская общественность" из числа окормляемой Константином паствы - немедленно захрустела своими булками. "Я всегда знал, что он красный палач", "да он же внук члена ПолитБюро" (кстати, эта версия покойного Прибыловского оказалась наредкость живучей - для такой крайней тупости - при том, что составы членов Политбюро, ЦК и т.д., включая ЦК всех республик, - известны всем чуть ли не наизусть; но по интернету гуляет эта "биография" - и люди и тут воспринимают всё буквально, ну вот "дураки, кругом одни дураки!.."), "все сталинисты - палачи" и т.д.

Какая-то, ну вот не побоюсь этого слова - в данном случае очень подходящего, - "говорящая жопа" с символичной умиленно в данном случае точно фамилией Петухов - назвал меня "гомосексуалистом".

Какая-то другая говорящая жопа С ПСЕВДОНИМОМ (символично - как и в случае с Петуховым, который иначе оскорблять не умеет, ибо только об этом и думает: полагаю - у него все вокруг - гомосексуалисты) "Константа Рохлина" (ну не зовут же её так) - стала развивать в комментариях версию, что на самом деле я не Эрик Лобах, а это какой-то псевдоним. Потому что у моего папы фамилия Абдрашитов (я ж пополам татарин).
маршал

ВОЙНА И МИР (расклад к Третьей Мировой войне)

Ну, кто меня читает внимательно и давно, знает, конечно, что я многократно писал об этих вещах (для меня очевидных априори, но когда я их высказывал, многие крутили пальцем у виска - типа "это же невозможно". Теперь-то это не кажется столь невозможным, да? Вот так вот за два года всё может поменяться):

1. Увы, Третья Мировая Война - будет. По моим оценкам - полностью повторится сценарий ХХ-го века в том числе по годам, иными словами я хочу сказать, что пожить мы ещё успеем - и это будет не раньше 40-х. И всегда об этом говорил.

Для войны есть сугубо объективные предпосылки. Это не только марксистское "империалистические противоречия будут нарастать", это само собой. Но и в целом мировая экономика находится в колоссальном кризисе, в потрясающих долгах; сбросить это обычными средствами не получится. Наконец, для многих (вот для меня - нет, но для многих - да) остро стоит вопрос с перенаселением планеты и желанием сокращения жителей если и не до пресловутых 500 миллионов, то хотя бы до миллиарда-полутора. И этот вопрос можно решить с помощью сильной войны с уничтожением восьми миллиардов человек; иначе нельзя, ибо опыт показал, что население не сокращается исключительно с помощью СПИДа, рекламы гомосексуализма, наркотиков, алкоголя, кока-колы и массового внедрения ГМО-пищи. Всё-равно население размножается активно.

Наконец, в мире накопилась и философская и психологическая усталость, что даёт спад и остановку развития. Многие думают в таких ситуациях (я - нет, я на самом деле пацифист; я просто реально оцениваю обстановку) - необходима настоящая встряска. Серьёзная.

Поэтому эта война будет, увы. Обязательно.

Collapse )
alex

Михалков-Кончаловский - "Особое мнение"

ОСОБОЕ МНЕНИЕ

ВРЕМЯ ВЫХОДА В ЭФИР — ПН-ПТ, 17:08 И 19:08
Известные политические журналисты - постоянные участники программы - отвечают на вопросы слушателей, присланные на эфирный пейджер, на интернет-сайт радиостанции или заданные по телефону прямого эфира.
Обычная версия
ЭФИР
25.01.2013 17:08
ОСОБОЕ МНЕНИЕ
Гости:
Андрей Кончаловскийрежиссер, народный артист России
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Вы слушаете «Эхо Москвы», смотрите телекомпанию RTVi, это программа «Особое мнение», меня зовут Нателла Болтянская, у нас в гостях режиссер, народный артист России Андрей Кончаловский.

Очень много вопросов к вам, связанных с сегодняшней датой, 75 лет бы исполнилось Владимиру Семеновичу Высоцкому.

/... /

А.КОНЧАЛОВСКИЙ На мой взгляд, причина успеха Высоцкого заключается в том, что колоссально изменилась демография и социальный слой того, что называется «слушающая публика». Советский Союз создал нацию зэков и блядей. И в этом смысле Высоцкий... То есть это не важно, что они зэки. Они могли быть абсолютно свободные люди, сидящие дома.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Психология.

А.КОНЧАЛОВСКИЙ: Но эстетика была эстетика зэка. И вот эта вот эстетика зэка – он ее выразил со всей своей интеллигентностью, которая у него была, и тонкостью. Но вряд ли он мог быть популярен, скажем, когда слова «зэк» не существовало. Это, на мой взгляд, социальное явление, потому что если в России всегда... То есть с Петра Первого. Было 2 России – была Московия, такая вся, единоначалие, монолитность, потом возник Петр, возникла Европейская Россия. Европейская Россия создала европейскую культуру, которая на весь мир была. А в 1917 году первого европейца по словам Пушкина в Ипатьевском доме, а потом европейцев гоняли по улицам, потом их загнали в ГУЛАГ, отправили на философском пароходе подальше. И в 1937-38-39-м последних европейцев расстреляли. Остались...
Collapse )http://echo.msk.ru/programs/personalno/996326-echo/#element-text
solj

Ответ Прилепина

СТЕСНЯТЬСЯ СВОИХ ОТЦОВ

Реакция на моё письмо многословная, обиженная, часто вздорная.

Дмитрий Быков любопытно и во многом точно пишет о мотивациях написания моего письма, но по существу письма — совсем не точно и не всегда любопытно. Быть уверенным в том, что единственной и главной целью Сталина было построение концлагеря от Бреста до Магадана столь же глупо, как быть уверенным в его доброте и человеколюбии.

Вполне возможно привести список — причём, огромный список! — предприятий, полигонов, заводов, пароходов и ледоходов, реально созданных при Сталине и реально распроданных и распиленных определёнными людьми, чьи имена известны.


Collapse )
solj

Пол Грэм, Стоит ли быть мудрым?

Пол Грэм

СТОИТ ЛИ БЫТЬ МУДРЫМ?

Февраль 2007

Несколько дней назад я наконец-то нашёл ответ на одну загадку, которая вот уже 25 лет меня мучает: в чём разница между мудростью и интеллектом. То, что это не одно и то же, можно видеть на большом количестве умных, но не слишком мудрых людей. И всё же мне кажется, что интеллект и мудрость связаны.

Что такое мудрость? Я бы сказал, что это знание того, что следует делать во многих ситуациях. Тут я не претендую на глубокие выводы об истинной природе мудрости, а просто пытаюсь выяснить, как мы употребляем это слово. Мудрый человек — это тот, кто обычно знает, как правильно поступить.

Но разве «быть умным» не значит «знать, что делать в определённых ситуациях»? Например, знать, что делать, когда учитель в младшей школе говорит вашему классу сложить все числа от одного до ста? [1]

Иногда говорят, что мудрость и интеллект применимы к разным видам проблем: мудрость — к человеческим проблемам, а интеллект — к абстрактным. Но это неверно. Некоторые виды мудрости никак не связаны с людьми: например, мудрость инженера, знающего, что одни структуры менее подвержены ошибкам, чем другие. И, конечно, умные люди могут найти изящные решения человеческих проблем, а не только абстрактных. [2]

Согласно другому распространённому объяснению, мудрость приходит с опытом, в то время как интеллект врождён. Но люди не бывают мудрыми просто в соответствии с количеством жизненного опыта. Чтобы стать мудрым, требуется не только опыт, но много других вещей. Некоторые из этих вещей могут быть врожденными: склонность к размышлению, например.

Оба стереотипных суждения о разнице между мудростью и интеллектом не выдерживают проверки. Так в чём же разница? Если присмотреться к тому, как люди употребляют слова «мудрый» и «умный», то окажется, что они описывают две разные формы успешности.Collapse )